Приемы строительной мафии: "примирительное "собрание в мэрии

У строительной мафии много всяких приемов и один из них - это собрать вместе конфликтующие стороны и попытаться их примирить. Примирить - это значит заставить жильцов пойти на уступки и за какие-то "бусы" в виде благоустройства территории и т.д. смириться с нахождением на их территории незаконного строения. В данном случае "примирительное собрание" организовала мерия, что выдает ее с ног до головы. Мэрия и есть главный организатор аферы и именно мэр возглавляет как правило строительную мафию. А зама выставили как бы притушить ситуацию.


Совещание у зам. мэра с клоунской фамилией. Так и назовем его - Карандаш.
М-дов, конечно, пришел не один, а со своими ряжеными, среди которых один алкаш. Все остальные, как и на том собрании, 5 лет назад – купленные тетки. Да их и покупать не надо, – вспомнились чьи-то слова. – Их по руке погладь, улыбнись им, и они пойдут за твоим М-довым в огонь и в воду».
Совещание уже началось. Важные дядьки отвлеклись от своего дела и сидели за длинным столом. Во главе стола - Карандаш.
Лысый мужик проговорил суть дела. Изложив суть конфликта,   он напирал на слово «временный». То есть ситуация вырисовывалась таким образом, что в 2005 году дали разрешение временное строение, а потом это слово «временный» куда-то исчезло и осталась «споруда підприємства торгівлі», при этом громада в голосовании не участвовала и все такое. Карандаш вяло переспрашивал, вникая в суть проблемы. Было видно, что ему неприятно, что именно на него скинули это дурацкое дело. Да и в замах мера он был недавно, до этого пиарился на телевидении по схеме: узнай, где ЖЕК решил что-то отремонтировать, прибеги туда раньше своего конкурента (это уже потом они поделили территорию), и проговори на экран, как ты решаешь вопросы.
Дамочка в обтягивающих лосинах на высоких каблуках и в вязаном берете  пыталась пояснить, что сначала дом был № 7, но в процессе вкралась ошибка, и откуда-то появился дом № 20! Кто-то начал удивляться, что за 5 лет нельзя было исправить эту ошибку?  Дама с халой стала настаивать, что именно «в районе дома № 20», а это значит, что в радиусе неисчислимого количества километров. Типа, где-то в районе дома № 20.
– А где показано, в каких рамках район? – вопрошала она. Было видно, что эту версию она проговаривала и М-дову, когда задумывала эту аферу. Эта версия была рабочей, и придраться к ней как бы невозможно. «Где-то в районе дома № 20». Отработанная схема и по ней построено множество объектов.
– Иван Николаевич, – покажите нам, где рамки этого района.
– Но ведь дом № 20 находится на другой стороне улицы… Через полкилометра от двора дома № 7.
– Нет, подождите, – продолжала вязаный берет. – Но ведь у нас есть решение мыськради и есть схема. И есть кадастровый номер, которому соответствует этот земельный участок.
Стали лихорадочно перемерять, где рамки района. Зашуршала бумага и линейка. Карандаш скучая пока только наблюдал за происходящим.
Перемерив карту, вспомнили за громадське обговорення, что проводилось касательно дома № 20, которое представляет собой частный сектор на другой стороне улицы.  Как проводилось обговорення? Кто на нем присутствовал? Жители дома № 20? То есть, семья, живущая в доме № 20? Справедливость витала  где-то рядом. Городская власть собралась, чтобы разобраться в вопросе. Слышалось… 20…7…7..20..в районе… недалеко от церкви… а нарисовано… где это? В рамках…обговорення… по другую сторону улицы… частный сектор…
Приглашенные сидели под стенкой…
– А заявление можно поднять? Возле какого дома писал М-дов? Пять раз пришлось повторить, пока М-дов сказал, что не помнит.  Он путано начал пояснять и казалось, что вот-вот ситуация прояснится… Серьезно взъелись:  на каком этапе появился дом № 20? М-дов стоял растерянный и спрашивал глазами свою мадам, что ему говорить. Выяснилось, что всі погодження выдавались на № 20. На этапе согласования ГлавАПУ появился № 20.
Наконец, вспомнили о несогласных со строительством. И прозвучала сакраментальная фраза:
– Вот скажите, чем оно вам мешает?
– Потому что там сразу детская площадка…– начала одна жительница дома. – У нас все выходит во двор… Напротив окон магазин… Во дворе..
Другая не выдержала.
– Если кому-то нравится магазин, который строит М-дов, то просьба забрать М-дова с его магазином под свои окна. 
Карандашу не понравилась эта идея.
– Если так будете разговаривать «забрать под свои окна», то мы просто не будем вести этот диалог.  Не надо мне указывать, кого мне и куда забирать. Раз уже на то пошло, то есть разрешенное расстояние до строения, и если оно соблюдается, то …. Я скажу так… Люди часто возмущаются проблемой невывоза мусора в нашем городе, а потом не хотят ставить контейнеры под свои окна…Но мы сейчас не об этом.  Я задал вопрос: почему вы пишете в заявлении, что магазинчик этот мешает? Вот расположен дом. Вот это ваш подъезд.
– Вот мой подъезд, вот мои дети должны тут гулять. Вот тут деревья посажены, вот кусты, вот детская площадка, вот спортивная площадка, вот бельевые веревки. Нормальный был двор… При чем тут магазин? Вот качели буквально в метре от магазина. Где будет производиться загрузка магазина? Сзади есть дверь… 
– А где у вас загрузка магазина будет происходить? – строго спросил Карандаш.– Снесете игровую площадку?
Тема Карандаша… Не раз он пиарился на фоне детских площадок, с детками на руках, на шее. Съезжал с горки, катался на качелях  и все такое. 
М-дов промычал: «Угу».
– А вы им говорили о том, что вы им построите красивую игровую площадку? – начал Карандаш подводить несогласную жительницу дома к консенсусу.
Аполитичная жительница тут же и призналась, что площадку реконструировали вместе с партией «Суспільна міць» - конкурентом Карандаша. Собрали 10 тыс. грн.
– Между вами компромисс какой-то возможен? Или нет?
– У меня трое детей растут. Где они будут гулять? Вот тут сразу подъезд, а через два метра вход в магазин…
– Можно слово сказать? – вмешалась тетка, которую привел М-дов.
– Да, да.. Пожалуйста, нам надо выслушать все мнения…
– А на месте магазина что стояло? Там жители ставили свои машины. Каждое утро выхожу, а там – машины…
– Ну так и что?
– А то, что эти машины тебя не волновали. А как построили магазин, так тебя это стало волновать!
– Но ведь это разные вещи!
– А когда шло строительство, вы к кому-то обращались? – попытался Карандаш прекратить споры.
– Да мы подняли этот вопрос на другой же день, когда поставили забор! Мы писали во все инстанции, в милицию, в прокуратуру. Та даже к вам мы обращались! С первого дня!
– Ладно. Все ясно. Все свободны.
– Давайте рассуждать… – взял слово Карандаш. – От дома до магазина расстояния соблюдены? Да, соблюдены… С жильцами все понятно… В чем сейчас виноват застройщик? Если путаница произошла в ГлавАПУ. Любой бы из нас пришел…Нам говорят: вот тебе разрешение, иди стройся. А теперь люди пришли,  и мы ему говорим: нет, не стройся. Теперь сноси все, деньги тебе никто не вернет, ищи другое место. Если поступить так, то это – нонсенс. Я прекрасно понимаю жильцов, что никому не хочется иметь под окнами магазин. Но есть определенная норма. Если там расстояние более какого-то количества метров, строительство разрешено. Временная это конструкция или не временная – решать вам, Иван Николаевич. И попрошу вас разобраться. Если вы скажете, что не было путаницы и злого умысла, то  хорошо. Иначе, будем готовить решение на снос.
Он покосился налево, как восприняли его слова. Работа на зрителя… Как это не ново… Взял слово какой-то функционер.
– Но нарушения прав жильцов я тут никаких не вижу. Кроме того, что я прекрасно вас понимаю.
– А сфальсифицированные общественные слушания? И почему вы говорите, что мы – никто? Мы – співвласники багатоквартирного будинку и на нашей прибудинковій території без нашого ведома строится магазин, извините в 100 кв.м.
– Общественные слушания проводились 26 августа 2009 года.
– Кто из нашего дома подписывал протокол?
– В общественных слушаниях брали участие заступник голови району и в протоколе слушаний отражен такой момент. Я не знаю, насколько это соответствует истинному состоянию дел, но, первое, в докладе главного архитектора проекта Казак говорится о конструкции с металлическим каркасом обложенный кирпичом. И задавался вопрос: будет ли этот павильон капитальной спорудой, на что главный архитектор ответила, что проектом не передбачено споруда на капитальном фундаменте. То есть, общественные слушания были проведены… Люди у нас информируются двумя способами. Первое – объявление в местной газете и второе – размещение на сайте.   
– Почему информацию о слушаниях не расклеили возле подъезда? И интересно, если мы даже узнали, что возле дома № 20 собираются строить магазин, мы бы пришли на это собрание? Нет, конечно. И на это была рассчитана эта, я не побоюсь этого слова, афера.
– Так что будем делать? Вот станьте на мое место: что нам делать?
– Эта схема придумана, чтобы нас обойти. Он уже в 2005 году собирался строить магазин и привел бульдозер. Но тогда ребята его остановили. Он прекрасно знал наши настроения, что жильцы против и решил нас обойти вот такими махинациями.
– Так что ж вы его в 2005 остановили, а сейчас не можете?
В третий раз уже тыкнули носом… Правда… Никуда не деться.
– Договаривайтесь с застройщиком. Другого пути у вас нет.
– Как с ним договариваться? Вы знаете, что у него режим работы его паршивого киоска  с 08.00 до 20.00., а он всю жизнь работает с 07.00 до 22.00? Что у него на киоске нет никаких опознавательных знаков? Что он постоянно нарушает правила торговли, но управы на него нет? На какие компромиссы можно идти с таким человеком?
М-дов, вы собираетесь отвечать на вопросы? Почему вы работаете в неположенное время? …. Почему торгуете пивом?... Давайте согласно закона….Это надо разобраться…. Надо… Разберемся, может ли он торговать пивом… Ведь рядом детская площадка…
Наконец, Карандаш понял, что и ему надо что-то говорить. Ему осталось неделя до отпуска и после отпуска в Италии он уходит с этой хлопотной должности. Причем, он сегодня замотался и не пообедал. Ругая на чем свет стоит мэра он сказал:
– Я еще не ставлю точку в этом вопросе. Ошибка ли здесь управления…
– Нет, это не ошибка…
– Если это ошибка, тоя  не могу запретить  стройку только потому, что этого вам захотелось.
– Подождите, такой момент… Он просит в заявлении выделить ему участок в доме № 7, а ему дают – возле дома № 20. Почему он сразу не обратил внимания на эту ошибку? Не потому ли, что ему посоветовали в ГлавАПУ, как обойти жителей?
– Мы здесь, чтобы найти компромисс. Я сегодня не обедал, а сижу здесь разбираюсь с тем, что вот такое происходит. Поэтому давайте искать, на каком этапе произошла ошибка, кого наказывать. Если ошибка застройщика, то будем подавать в суд.
– На кого? На себя?
– Я считаю, что если бы расстояния не были бы соблюдены, что если бы за бутылку коньяка они поставили магазин на расстоянии  13 метров, там где надо 15 метров, то я бы даже не колебался. А к вам, М-дов, убедительная просьба: с жильцами найти общий язык. А вам, жильцы, я не рекомендую. Сейчас, оттого, что вы ругаетесь…
– Мы ругаемся? У нас «компромисс» - это переставить мусорные баки на 1 метр или оградить детскую площадку забором и М-дов нам милостиво выдаст ключ от этой детской площадки…
М-дов, покажите на плане, как вы собираетесь подъезжать к магазину? Тут деревья, тут детская площадка…
– А где бы вы хотели, чтобы стояли мусорные баки?
– Да не ловите нас на слове! Мы бы хотели, чтобы не было магазина вообще! Понимаете? Нам не нужен этот магазин!
– Понял. Но власти уже дали разрешение. Магазин уже есть. И с этим вам надо смириться. Какое у вас предложение, если депутаты, 120 человек, проголосовали, чтобы в вашем дворе стоял магазин…
– Но идея М-дова привязаться к нашему двору – это идея фикс,
– Но вы понимаете…. Магазин уже стоит…
– Но какими способами он туда поставлен? Незаконными? И с этим надо смириться? Без общественных слушаний, без согласия жителей дома... Он прекрасно знал, что мы – против.
– Но вот подписи жильцов, много подписей за магазин, - почти прошептал М-дов.
– Да что там за подписи? Подписи жителей соседних домов?
– Короче, я даже не сомневаюсь, – вступил Карандаш, – как бы Иван Николаевич не становился на вашу сторону, не говорил бы о том, что надо собрать собрание опять и изучить мнения жильцов, я не могу принять это решение без решения суда.  Без решения суда я этого сделать не могу.
– Какого суда? Вы сами подадите на себя в суд?
– Мы все видим, что это ТЕХНИЧЕСКАЯ ОШИБКА. И из-за нее заставлять человека разбирать построенное здание? Я сейчас попытаюсь объяснить. Я совершенно на вашей стороне. Да, Ивану Николаевичу мэр говорит: разберись, у вас там бардак, что там у вас твориться, почему жалуются люди?. Мы сейчас сидим, и у меня к вам одна просьба. Вы можете бороться, вы можете писать, но кроме того, что вы тратите свое здоровье, ну я не знаю… Это вы еще потратите и денег, я не знаю сколько… Я вам это говорю совершенно открыто, в этом кабинете. Но я сомневаюсь, что решение будет вынесено в вашу пользу. Я в этом очень сомневаюсь.
– А почему вы не предполагаете, что ошибка была сделана специально?
– Я предполагаю. И дальше? Что мне делать?
– Ну хорошо… От этой специальной ошибки страдают все жители. Будут страдать наши дети!  
– Если господин М-дов пойдет с самого начала и попросит отвести ему этот земельный участок, то, поверьте, ему опять его отведут. Надо искать компромисс…Вы ему не давали нормально работать…
– Что значит мы ему не давали нормально работать? А вы знаете, что в нашем дворе, кроме М-дова стоит еще три киоска? Почему міськарада из нашего двора сделала какую-то торговую площадку?
Подняли вопрос за пиво. Тут Карандаш оживился. Дело в том, что его рабочая тема – пиво возле школ и детсадиков и он на этом пиарился. Он сказал, что да, он закрыл много киосков и знает этот вопрос и что если там рядом школа или садик, то он примет строжайшие меры. Так и сказал – строжайшие.
– Вот видите… Вы нам тут тысячи раз говорили: договаривайтесь. Но сам же М-дов не понимает, что пивом во дворе торговать нельзя, что во дворе гуляют дети…
– Понимает… К каждому из нас можно найти за что придраться. Я к вам тоже могу найти за что придраться.
– Подождите… Но не мы же пришли к нему во двор… Это он пришел в наш двор. Он прописан и живет в другом дворе, пусть он там и открывает свой магазин. Какие к нам претензии?
– Я неоднократно выступал против городских властей, что они довели город до такого грязного состояния. Но у нас такие люди… Они выносят мусор с кульков и выбрасывают на  улицы. То как можно город содержать в чистоте? Они что, не понимают, где они живут?
– Но мы занимаемся благоустройством территории в нашем дворе… Высаживаем деревья… Устраиваем субботники…
– Это у вас организовывали… А мы вот с мэром поехали открывать котельную людям и люди стоят возле своих подвалов на пластиковых бутылках ногами и разговаривают о том, как у них редко вывозят мусор. Я им правильно ответил: я бы в своем дворе до такого бы состояния не довел…
– И магазин бы не допустил поставить под окнами…
– … а они выбрасывают в окно пластиковую бутылку, а потом рассказывают, как у них грязно во дворе! Вы думаете он сам не понимает? Мы же его сознание не разбудим?
– Давайте по существу… Почему он не исправил эту якобы ошибку с номерами домов изначально? Ведь у него было на это пять лет!
– Я не знаю… Но ведь закона тем самым он не нарушил…
– Как не нарушил? Он нарушил наши права…
– Права? Какие такие ваши права? Это просто произошла ошибка у нас…
– Но ведь он не имеет права начинать стройку до тех пор, пока не пройдут слушания с участниками жителей нашего двора.
– Вы хотите ругаться между собой?
– Вот смотрите. Если мы его оставим у нас во дворе мы к вам не набегаемся на него жаловаться. Потому что система, как показывает это собрание,  на его стороне. Он уже привык работать не по закону. Мы не набегаемся за каждой машиной, которая будет разгружаться под нашими окнами, за каждым пьяным…Есть СНиП, который нарушили архитекторы. Загрузка товара не может производиться со стороны окон. И напротив подъездов, откуда выходят дети. Понимаете? Нет таких норм. Если такое разрешить, то в каждом дворе начнут строить супермаркеты.
– Ладно, мы посовещаемся…
В коридоре тихий М-дов подошел и показал свое заявление, без всяких подписей, написанное от руки.
– Вот мое заявление. Я просил выделить участок именно возле дома № 7…
– Это заявление без всяких подписей…Где входящие?
Тетка в берете кинулась опять горячо защищать М-дова.
– Да ведь вы ему и придумали эту аферу…
Тетка замолкла. Говорить было не о чем.
М-дов разводит руками… Тихий такой… Просто душка…






Немає коментарів:

Дописати коментар